Волож: Во-первых, доля «Яндекса» на компьютерах стабильно сильна уже много лет

Развитие событий: Доля поиска «Яндекса» в Рунете рекордно упала, доля Google — рекордно подросла (1 июня)

«Ведомости» взяли большое интервью у главы «Яндекса» Аркадия Воложа. «Роем!» выбрал наиболее интересные вопросы и одном-два предложения из каждого ответа.

— В апреле закончилось ваше почти трехлетнее противостояние с Google — эта компания заключила мировое соглашение с ФАС. Как вы его оцениваете?
— Если бы мы не добились урегулирования через ФАС, не исключено, что в какой-то момент «Яндекса» бы просто не стало.

— Это победа локальная или глобальная? Может ли быть учтено российское антимонопольное дело в других странах?
— Можете называть меня идеалистом, не мне ведь об этом судить, но мне кажется, что руководители Google пересмотрели свои позиции.

— У вас есть своя версия, почему Google вдруг изменился?
— Легионам дали цели, но не ограничили в методах их достижения. И случайно оказалось, что у них в руках атомное оружие для борьбы с партизанами.

— А чей поиск лучше — ваш или Google?
— Конечно, наш! […] Наша доля на компьютерах, где ситуация более конкурентная, стабильно сильна уже много лет и даже немного подросла.

— Почему вы решили не делать свою мобильную платформу?
— Это невозможно для локальной компании.

— Но вы же не хотите, чтобы вместо Google везде поставили только «Яндекс»?
— Нет! […] мы целиком поддерживаем утвержденное судом решение, где есть экраны выбора, а не предустановка «Яндекса».

Mail.ru Group тоже попросит Google встроить свой поиск в Android вслед за «Яндексом»

— А многие считают, что вы просто не смогли нормально конкурировать с Google.
— В какой-то момент я и сам так думал.

— Какова вероятность, что «Яндекс» встанет основным поиском на экраны смартфонов крупных вендоров типа Samsung и LG? Ведь у Google с этими компаниями глобальные контракты, он может предложить им лучшие коммерческие условия?
— Я не думаю, что нам удастся попасть прямо на все устройства, вендоры разные, но вряд ли кто-то сейчас будет нам специально вставлять палки в колеса.

— Не вернется ли все к ситуации трехлетней давности, когда крупным вендорам было выгоднее работать с Google, а «Яндекс» ставили только небольшие производители типа Fly, Prestigio?
— Нас действительно довольно сильно зажимали, так что сейчас любое изменение ситуации в лучшую сторону сравнимо с поступлением порции кислорода.

— Можно ли спрогнозировать, насколько вырастет поисковая доля рынка «Яндекса»?
— Предсказывать вообще непросто, особенно будущее.

— Какие у вас планы? Помню, когда-то вы думали: а не сделать ли собственный смартфон?
— Теперь, когда нам дали доступ к Android, можно обсуждать и это.

— Несколько лет назад вы говорили, что одна из ваших основных задач — найти, где бы «Яндекс» мог заработать свой второй миллиард долларов. Удалось ли найти?
— Ну «второй миллиард» на самом деле у нас уже случился — это «Яндекс.Такси».

Делицын: Как мы [в ФИНАМ] прогнозировали выручку «Яндекса», и почему это было бессмысленно?

— На что пойдут привлеченные в бизнес такси средства — развитие за рубежом, покупки конкурентов, например, из регионов?
— Есть несколько региональных игроков, в том числе тех, кто работает по старой телефонной модели.

— То есть вы делаете софт для самодвижущихся автомобилей?
— Скоро можно будет покататься.


30 мая «Яндекс» рассказал американскому Techcrunch о работе над беспилотным автомобилем и показал видео с машиной. Беспилотная Toyota уже существует в железе, а рассказывает о ней американцам дочернее для поисковика Яндекс.Такси.


— А вы не хотите какие-то консюмеристские сервисы делать на основе своих технологий? Нейросети, Prisma, это сейчас модно. Например, приложение по улучшению качества старых фотографий или что-то в этом духе. Почему вы не делаете, не покупаете такие прикольные проекты, стартапы, это не ваша тема?
— На самом деле я думаю, это потому что компания сейчас находится на более взрослом этапе, что ли.

— Что бы вы могли купить? Какой-нибудь онлайн-проект типа Lamoda или Ozon?
— Но пока до покупок еще очень далеко — нам надо много что улучшить.

— На прошлой неделе [относительно момента записи интервью — речь про 16 мая] «Яндекс» вместе с другими интернет-сервисами попал под санкции на Украине: страна блокирует ваши сервисы, у вас арестованы счета. Как вы планируете поступить в этой ситуации? Будете ли закрывать офис? Что будет с вашими партнерами из рекламной сети — есть ли варианты продолжения работы с ними или все придется свернуть? Насколько вообще для вас это чувствительная история, насколько велик ваш бизнес в этой стране?
— Качество абсолютно всего интернета на Украине деградирует очень быстро.

— Что у вас происходит в Турции?
— Яндекс.Навигатор там продукт номер один на рынке. И это, пожалуй, первый наш успешный продукт за пределами СНГ.

— А что с другими зарубежными рынками? Раньше ходили слухи про ваше желание выйти в Германию, недавно слышала про Иран. Есть ли такие планы или «Яндекс» останется локальной компанией?
— Выходить с поиском мы больше точно никуда не будем, пока антиконкурентные практики в мире не изменятся.

«Яндекс» опроверг слова ссылающегося на Никифорова Иранского министра об открытии офиса в Иране

— Раз ["Дзен"] так растет, вы не думаете, что он может подвергнуться регулированию, как новостные агрегаторы?
— Это будет точно не раньше регулирования социальных сетей.

— Не убьют ли новостные агрегаторы классические СМИ?
— Никто никого не убьет.

— Почему «Яндекс» перестал замерять пробки в Москве?
— «Когда вы перестали пить коньяк по утрам?»

— Есть ли у вас ощущение, что чиновники стали слушать отрасль?
— Мы здесь объект регулирования, а не субъект.


В прошлом году «Яндекс» написал закон о интернет-медицине, c февраля 2016 года Александр Шульгин, глава российского «Яндекса», отвечал за медицинское направление в рабочей группе по исполнению поручений президента Путина в отношении Интернета.


— Что вы думаете о законе Яровой, надо ли собирать все данные граждан?
— Я, например, люблю свободу, некоторым в этом неуютно и хочется защиты.

— Прошло почти четыре года, как не стало Ильи Сегаловича. Анализируя этот временной отрезок, как компания пережила уход такой яркой личности: какие его функции удалось заместить, какие оказались невосполнимы?
— Заменить Илью некем. И его не надо заменять.


Другие интервью Аркадия Воложа:

Добавить 3 комментария

Для добавления комментария войдите или зарегистрируйтесь.