О необходимости разработки закона о розыскных действиях в отношении приятных обществу людей

В начале года, когда немного запахло жареным после очередной медийной активизации ФСБ вокруг ОРИ, проявившейся в рассылке писем в августе 2019-го года интернет-компаниям, «Хабрахабр» выпустил отчёт о том, как к нему приходят силовые структуры за данными пользователей.

Сразу поясню, что Roem.ru тоже состоит в ОРИ, письмо от ЦОТМ ФСБ (Центр оперативно-технических мероприятий ФСБ) нам было направлено, но по неизвестным причинам на почту за ним никто не пошёл. Поэтому мы его не получили. В декабре 2019-го к нам зато пришёл Роскомнадзор, с просьбой уточнить адрес, по которому с нами можно связаться — только после выяснения того факта, что к нам тоже присылали письмо счастья, стало понятно, чего это вдруг РКН решил проверить наш и без того правильный адрес

Вернёмся к «Хабру» и его отчёту. Ничего фатального там, в общем-то, нет: есть запросы по расследованию дел связанных с мошенничеством на Frilansim.ru, есть запросы, которые отбиваются как невалидные, есть неинформативные уведомления Роскомнадзора (на которые ранее жаловался и Roem.ru из-за яростной защиты РКНом прав казахского олигарха Кенеса Ракишева на неупоминание его имени всуе в связи со стрельбой на Рочдельской улице).

Точно такая же ситуация, с поправкой на масштаб, насколько мне известно, происходит и с соцсетями, и с провайдерами почты, сотовой связи, мессенджеров. Подавляющая часть запросов это:

  • легко отбиваемые леваки или криво оформленные запросы, с которыми сталкивались и мы (у «Хабра» таких 15 из 27 от силовых структур,
  • запросы по реально уголовным делам, типа кто-то кого-то кинул, а у него была почта на «Яндексе» или «Мейле», или аккаунт в соцсети (у «Хабра» таких 12 из 27)
  • Отдельно стоит указать требования поисковиков на нарушения их правил («Хабр», например, считает что их надо включать в Transparency report, мне кажется, что Google это коммерческая компания, поэтому он может писать всё что хочет) и Роскомнадзора: формально РКН сам не приходит, а лишь доносит нежелательность ваших действий для кого-то другого. Но ситуация с РКН меняется слишком стремительно.

Интересно то, что доля удовлетворения запросов ФСБ существенно выше, чем доля удовлетворения запросов от МВД, что, наверное, отражает более высокие требования к квалификации сотрудников ФСБ. Также интересно то, что доля удовлетворённых запросов силовиков на «Хабре» растёт: например, в завершившемся 2019-м году исполнено три из пяти запросов, больше половины (как бы смешно в отношении такого небольшого числа это не звучало).

Нет оснований предполагать, что ситуация с «Яндексом» и «Мейлом» радикально отличается. Хотя, насколько я понимаю, у некоторых компаний есть способ обхода требований по оформлению запросов обязательно с квалифицированной электронной подписью (что умеет только Роскомнадзор). Способ заключается в том, что между компанией и теми, кто генерирует больше всего запросов, подписывается соглашение о том, что сканы с определенных адресов почты рассматриваются как оформленные соответствующим образом. Это то, что Александр Плющев называет в нашем с Ксенией Болецкой эфире «удовлетворением запросов с непонятных е-мейлов».

У «Хабра» случаев мало, и он не является коммуникационной платформой, но я слышал™, что иногда бывают ситуации, когда действительно творится конкретная уголовка и нет времени плясать танцы с печатями и квалифицированными подписями. Хотя бы в силу того, что печать в сейфе, сейчас два часа ночи в ночь на субботу, а сотрудник, принимающий решение удовлетворять запрос или нет работает с 10 до 18 по будням.

Представим умозрительную ситуацию
На телефон 02/112 прилетат звонок со словами от женщины «Помогите, меня наси…» после чего связь обрывается. Дело происходит в час ночи с пятницы на субботу.

В идеальном мире любителей справедливости и всего по закону, в этот момент полиция бежит в МТС/Билайн/Tele2/Мегафон с подписанным мокрой печатью запросом «Пожалуйста, будьте добры, предоставьте данные о местоположении абонента номер такой-то», после чего рьяный борец за права абонентов, вышедший на работу в понедельник, рассматривает запрос, проверяет, всё ли на нём в порядке, согласует его с юристами, и отвечает по почте заказным письмом, с уведомлением о доставке. После этого он испытывает тяжёлое чувство того, что где-то его менты перехитрили и он сдал, наверное, хорошего человека, женщину и может быть даже мать, плохим и нехорошим полицейским.

В идеальном мире ватников, полиция после получения такого сигнала звонит дежурному для таких случаев в МТС/Билайне/Tele2/Мегафоне, он с чувством выполненного перед обществом долга передаёт координаты абонента и туда высылают наряд с просьбой прочесать район на предмет насилуемой женщины и спасает её.

В реальности же может произойти всё что угодно:

  • Оператор 112 скажет «Чиво-чиво? Я вас не услышала, перезвоните пожалуйста».
  • Звонящая окажется пьяной, которой показалось.
  • Помощь приедет, но поздно. Или не найдёт места совершения преступления

Одно, в реальности, будет неизменно: в крупных компаниях есть дежурные, которые удовлетворяют запросы полиции практически в реальном времени. Доказательство этого иногда прилетают с неожиданной стороны. И если такое есть не у самого крупного сотового оператора, то можете поверить, что такое есть у всех — иначе непонятно зачем огород городить.

Теперь можно перейти к тому, что Яндекс.Такси, оказывается, сдал Ивана Голунова: у любой коммерческой организации нет защиты от запросов полиции по оперативно-розыскным мероприятиям. В том случае, если они оформлены корректно. Организация обязана ответить.

Упрёки в том, что сервисы не сопротивляются таким запросам — лично для меня удивительны. Дело бизнеса — делать бизнес. Всё сопротивление бизнеса законодательным нормам — это выполнение PR или GR-задач. Если вы хотите заниматься политической борьбой, то создавайте партию или общественную организацию.

Например, партию любителей хороших граждан.

Которая будет требовать проведения ОРМ по закону не в отношении реальных насильников, убийц и воров (которых, прикиньте, в соцсетях и интернет-сервисах тоже хватает), а только в отношении прекрасных и хороших людей. И вообще, надо разграничивать то, как происходит следствие в отношении, например, популярного режиссёра и укравшего бутылку коньяка из магазина алкоголика.

Это будет прекрасная законодательная новация — эксклюзивность законодательства в зависимости от того, считает общество человека хорошим или нет. Ведь сейчас творится явная несправедливость: в одном и том же правовом поле находится, например, прекрасный «Альфа-банк» и совершенно ужасная А1 (бывшая «Альфа-Эко»). По одним и тем же законам живут и Игорь Сечин, и Сергей Галицкий. Это надо срочно исправить.

И всем будет счастье.

Добавить 17 комментариев

  • Ответить

    Пользуясь случаем, хочу попросить Ксению Болецкую поучаствовать в борьбе за право публиковать новости о Кенесе Ракишеве

    А то почему-то её волнуют только случаи с Наилей Аскер-Заде, что несправедливо.

    Надо бороться везде и всегда!

  • Ответить
    126

    Я когда-то писал (если порыться в анналах роема по названию «грязные руки») в комментах, как с этим обстоит дело в ит-компаниях. Но и там есть нюансы. Вернее были. У нас (на тот момент достаточно независимых) некоторые запросы обрабатывались только через мокрые печати и фельдъегерскую службу. Но были и такие, когда волосы шевилились на загривке от произошедшего и вопрос выдачи всех данных, связанных с этим делом решался в считанные минуты.

  • Ответить

    а это шевеление волос зачем нужно? зачем сообщать подробности дела в запросе? чтобы компания все-таки могла решить приятный человек или не очень?

  • Ответить

    https://www.bbc.com/russian/features-50167318

    Одежду для убийства следователя Абдулазизов купил в магазине дешевой одежды «Сезон», стрелять учился по фильму «Хитмэн». Из Санкт-Петербурга в пригород Москвы, где жила следователь, приехал, воспользовавшись приложением «Блаблакар». Караулил Шишкину возле ее дома в поселке «Архангельское», предусмотрительно сняв комнату в гостинице близлежащей Опалихи — номер Абдулазизов забронировал на «Авито», счет оплатил картой.

    Пистолет и патроны взял в закладках — как их найти, ему объяснил Г.

    9 октября 2018 года Абдулазизов подъехал к дому Шишкиной на «Яндекс-такси». «Я последовал из подъезда за женщиной… она как бы шла ко мне с левой стороны как бы наискосок, я подошел и доставая пистолет сделал быстрее шаг, в этот момент женщина, увидев, как я достаю пистолет, замахнулась на меня. Я, уклоняясь от удара, поскользнулся и уперся левой рукой об землю, а правой произвел выстрел в живот от бедра. После этого я поднялся и выстрелил ей в область шеи, она при этом лежала на земле», — говорится в протоколе его допроса.

    На часах было 7.30 утра. Обойдя тело, Абдулазизов на ходу надел новую майку, прошел два квартала и еще раз вызвал «Яндекс-такси».

    По этим поездкам его и найдут.

  • Ответить

    В компании, подобной соцсети, выдачей подобной информации, заведует человек, или даже группа людей, которые так или иначе, имеют отношение к силовым структурам. И эти люди могут отфильтровать просьбу «своих через своих» и реально то, на что надо отвечать быстро и в полной мере.

  • Ответить

    Цитата: «По одним и тем же законам живут и Игорь Сечин, и Сергей Галицкий. Это надо срочно исправить."
    А разве это ещё не исправлено?!
    Вспоминаем дело гр-на Улюкаева.

  • Ответить

    Это просто к Галицкому никто не приходил, знаете. Или об этом так широко не известно

    Вы реально думаете, что можно построить федеральную торговую сеть, будучи клёвым плюшевым бизнесменом, который никогда никого не сдаст в органы?

    Подумайте ещё раз.

  • Ответить

    Не все заметили, но Яндекс выбрал себе стиль поведения и взаимоотношений с властями в 2015-м, а не в 2019-м.

    Ещё в 2017-м году предприниматель Максим Ликсутов обязал [1] Яндекс.Такси, Gett и Uber рассказывать в онлайн-режиме конторе «Департамент транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры» о передвижениях машин такси. Причём, в этот момент, Яндекс.Такси и «СитиМобил» уже передавали московским властям данные о местоположении подключённых машин — начали в том самом 2015-м. Отстали Gett и Uber — с 2016 года парочка давала лишь «статистическую информацию». Например, номера машин и справку о водителях, но не поездки. Поэтому, слив поездок Голунова из Яндекса [2] — это недоработка, лень ментов. Треки поездок журналиста им логичнее было брать в госконторе Ликсутова, втихаря. Поводов кивать на плохой-плохой Яндекс — не просматривается, политику открытости-закрытости он не менял.

    [1] https://roem.ru/21−03−2017/245636/taxi-coordinates/
    [2] https://zona.media/news/2020/03/02/glnvndx

  • Ответить

    Не. Там анонимная информация, она мало чем поможет. Там нет информации, что ЯТ машина едет по вызову с такого-то номера/аккаунта.

    А так: kюбые сервисы типа яндекс.карт, яндекс.транспорта, погоды, яндекс.еды и проч., где есть геолокация (но и wifi-достаточно), в общем-то полностью трекают вас как персону. Так же, как и гугловые сервисы. Для яндекса вы одно лицо. Но базовые вещи можно посмотреть просто по конкретному аккаунту/телефону, и в такси их достаточно.

  • Ответить

    Это правда. Но если представить себе, что менты посматривали, как Голунов ездил (не ездил) на кладбище, то государственная система удобнее Яндекса. Голунов выходит из ворот некрополя. Топтун говорит оператору какую машину такси надо брать на контроль. И люди в реальном времени видят, куда едет журналист.

    Дополнительное преимущество сслежки через контору Ликсутова — фамилию Голунов (или его номер телефона) не придётся засвечивать и ни в какие документы она не попадёт. Берём любой «висяк», где хоть в каком-нибудь контексте упоминается такси с неизвестным номерным знаком. Пишем бумаженцию про это. Прёмся к Ликсутову, смотрим куда ездят хоть 777 автомобилей.

    К Яндексу надо обращаться в случае если наружка провалилась или не велась и нужно восстановить маршруты Голунова из прошлого.

  • Ответить

    (Осторожно, дальше пойдет высосанная из пальца теория)

    > Это правда. Но если представить себе, что менты посматривали, как Голунов ездил (не ездил) на кладбище,

    Менты были заряжены позже. Они вообще не имеют абсолютно никакого отношения к делам интересанта и даже не в курсе них — они просто исполнители по отработке. Ментам в таких случаях просто спускают (и часто это на таком уровне, если это еще и под «белое» замаскировано): (приходит начальник) «Попросили человека отработать» и дальше установочные данные (и это все, что знают подчиненные; иногда могут хвастануть еще, что из ФСБ спустили, если не понимают, что с последствиями).

    (В принципе, как все это делается, в т. ч. «справка-меморандум» из СИЗО — очень хорошо и наглядно показано было в сериале «Бандитский Петербург», там ровно такая же история, только там еще и ствол был; бумага на Обнорского, тоже журналиста, кстати).

    Ментам нечего бояться в вариантах агентурных сообщений. Пришла информация, они на базе нее отработали и возбудились. На базе нее спокойно могут получать все, что им нужно, совершенно не беспокоясь о последствиях. Именно поэтому у них и особых переживаний нет даже после того, как все развалилось. Поэтому тут как раз городить ничего не нужно — нужно делать именно абсолютно официально и по корректным процедурам. Не нужно подписывать номер Голунова ни к каким левым делам или еще что-то такое — это все имеет следы.

  • Ответить
    Игорь Ашманов Сам себе компания

    При этом менты ничего и не подбрасывали. Они точно так же отрабатывали.
    А теперь их увольняют и сажают за чужие грехи.