Почему «Понимание потребностей рынка и умение выводить новые продукты на рынок» — наименее важный фактор для развития ИТ в России

Развитие событий: Как сисадмины без образования по модели Голодец опустят Россию в рейтинге ИКТ (20 июля)

27 января госфонд поддержки инноваций РВК опубликовал исследование «Сценарии развития и глобализации российской отрасли информационных технологий», в котором проанализированы возможные сценарии развития российской ИТ-индустрии в перспективе ближайших 10 лет.

Исследование базируется на результатах опроса полусотни отраслевых экспертов: представителей российских и зарубежных ИТ-компаний из разных секторов (разработчики программного и аппаратного обеспечения, дистрибьюторы, системные интеграторы, интернет-компании), индустрии венчурного инвестирования, институтов развития, системы образования и органов государственной власти.

Аналитик инвестиционной компании «ФИНАМ» Леонид Делицын опубликовал в Facebook отзыв на исследование РВК. С разрешения Леонида, ниже публикуем его текст полностью.

* * *

Опубликованы результаты исследования «Сценарии инновационного развития и глобализации российской отрасли информационных технологий». Заказчик исследования — Российская Венчурная Компания, исполнитель — Ernst & Young. Итогом является сценарная матрица, включающая «Открытый рынок», «Особый путь» и «Потерянное десятилетие».

Отчёт суммирует экспертные мнения, поэтому важно посмотреть состав экспертов. Круг экспертов неоднороден — представлены российские и зарубежные ИТ-компании, венчурные инвесторы, институты развития и органы власти.

Вообще говоря, эксперты из организаций разного типа могут видеть будущее по-разному, и предпочитать различные сценарии. Вряд ли представитель зарубежной компании, чья задача — увеличивать продажи продуктов компании в регионе (включающем Россию), позитивно оценит курс на замещение импорта. Поэтому интереснее было бы посмотреть, как группируются ответы представителей различных групп экспертов.

Полюбопытствуем, какие факторы эксперты сочли важными, а какие — нет. Наименее важный фактор называется «Понимание потребностей рынка и умение выводить новые продукты на рынок». Причём этот же фактор характеризуется и наибольшей определённостью — все согласны, что это не важно. Поэтому такой фактор исключается из дальнейшего рассмотрения.

scenarii_innov_razv-9

Очевидно, мнение экспертов отличается от того, что можно прочитать в учебниках маркетинга. Почему?

Я расшифровываю ход мыслей экспертов так: инновационные продукты всё равно разрабатывают не здесь, и для их вывода на рынок у западной профессуры готов целый ряд рецептов. Например, так называемая «стратегия водопада», которая попросту означает, что сперва новый хай-тек продукт надо продавать в Финляндии, потом — в Германии, потом — в Испании, затем — в Восточной Европе, ну и уже потом в России. К тому моменту, когда продукты до нас дойдут, у коммерческого директора уже будет накоплен опыт, как их продвигать, какие ещё дополнительные умения тут нужны?

Иными словами, оценивая перспективы инновационного развития, эксперты мыслят привычными категориями дистрибьюции западного софта.

Проверим, подтверждается ли моя догадка выбором других факторов. Два других фактора из тройки наименее важных: «Инновационная активность представителей системы образования и учёных» и «Связь между институтами/исследовательскими центрами и бизнесом».

Значит, Силиконовая Долина нам тут не нужна. Ибо Силиконовая долина — это как раз кластер высокотехнологичного бизнеса вокруг Стэнфордского университета. Кстати, молчаливо подразумевается, что и Сколково экспертам не слишком нужно — но не потому же, почему обывателям, опасающимся, что средства пропадут зря, а потому что от текущих потребностей бизнеса такие центры очень далеки. Эксперты не видят в обозримой перспективы пользы для своего бизнеса от того, что там гипотетически могут создать. Вузы и институты бизнесу не нужны, поскольку есть ощущение, что в достатке молодых умных ребят, которые приходят откуда-то из студии web-дизайна и готовы клонировать всё, что угодно. Подытожим наши рассуждения: инновационный сценарий видятся экспертам как путь заимствований, по крайней мере на начальном этапе. Такая точка зрения есть, её, например, последние годы отстаивает известный экономист, академик Полтерович.

Легко догадаться, какие факторы в этом случае эксперты сочтут наиболее важными (а только они и будут учтены при построении прогнозов). Это должны быть те факторы, которые упрощают заимствование инноваций, разработанных в других странах, их внедрение и дистрибуцию. Кроме того, иногда продукты можно «дотесать», а также, например, продать какой-нибудь клон западного проекта его же прототипу для создания российского филиала (так российский клон Групона был продан самому Групону за пятьдесят миллионов долларов).

Итак, смотрим главные факторы: Они же, кстати, и наименее предсказуемые по мнению экспертов. Самый главный — это «налоговые, таможенные и иные тарифные стимулы и льготы для инновационных компаний». Но как определить, какие компании — инновационные, а какие — нет? Например, крупные банки и компании, добывающие нефть и газ используют и разрабатывают чрезвычайно сложные инструменты, которые сейчас, кстати, первым делом и попадают под санкции. А в европейском «руководстве Осло», например, компании сами оценивают, сколько инноваций они внедрили. Понятно, что как только появятся льготы, так инновационной компанией себя заявит каждый. Поэтому вряд ли следует ожидать больших сдвигов в этом направлении. Ещё четыре главных фактора попадают в категорию «Экспорт/импорт» и учитывают международную кооперацию, взаимную открытость рынков и интеграцию нашей экономики в мировую. Заметим тут, что мировая экономика от нашей, в общем, ничего, кроме нефти, газа и металла, особенно не требует — прилавки уже наполнены продуктами.

Понятно, что наиболее благоприятный сценарий инновационного развития, «Открытый рынок» при таких факторах подразумевает максимальную степень интеграции российской экономики в мировую. Исследователи добавляют в качестве другой координаты эффективность государственной поддержки и регулирования (вспомним, самый главный из главных факторов — льготы!) В сценарии похуже — «Особый путь» — господдержка остаётся, но уже без интеграции в мировую экономику. Самый неблагоприятный, но всё ещё инновационный сценарий называется «Потерянное десятилетие», когда не будет и господдержки.

И наконец, четвёртый, безымянный сценарий, когда рынки открыты, а господдержка отсутствует, исследователи не признают инновационным. Я бы назвал этот сценарий «А получилось как всегда».

Что означает всем известное выражение «средняя температура по больнице»? Это когда у половины пациентов температура 42 градуса, а у другой половины — 30 градусов. Если судить по среднему арифметическому, то все здоровы и их пора выписывать. Всех, действительно, пора выписывать, но по другим причинам.

Так и среднее из мнений зарубежных ИТ-компаний и российских государственных органов может оказаться совершенно бессмысленной величиной. Представитель интернет-компании всегда ответит, что единственное, чего он просит от государства — не мешать, а представитель вузовского центра инноваций, что без государства ничто не сдвинется с мертвой точки. Среднее из этих двух полярных мнений ничью точку зрения не отражает. А вот мнение каждой из этих групп по отдельности было бы узнать очень полезно. Будем надеяться, что исследователи нас однажды с этими мнениями ознакомят.

Добавить 4 комментария

  • Ответить

    Список экспертов, отмеченных в исследовании:

    Абрамов Сергей — директор, Институт программных систем РАН
    Агамирзян Игорь — генеральный директор и председатель правления, ОАО «РВК»
    Ананьин Алексей — президент, Консалтинговая группа «Борлас»
    Амдилян Левон — президент, Международный компьютерный клуб
    Бакунов Григорий — директор по распространению технологий, Яндекс
    Бяхов Олег — директор по развитию бизнеса, IBM Восточная Европа/Азия
    Бабицкий Александр — представитель ОАО «РВК» в Израиле
    Богачев Игорь — вице-президент, Исполнительный директор, Кластер информационных технологий Сколково
    Бобров Николай — управляющий директор, ООО «НПП ИИС», торговая марка PICASO 3D
    Вольпе Борис — генеральный директор, МаксимаТелеком
    Гнездилов Андрей — коммерческий директор, Парма-Телеком (ITPS Group)
    Галицкий Александр — управляющий партнер, Almaz Capital
    Дмитриев Николай — директор, Департамент управления венчурными активами, ОАО «Ростелеком»
    Дмитриев Олег — директор, VERT Rotors
    Зотов Андрей — управляющий партнер, ADJ Consulting
    Исаев Камиль — вице-президент, EMC; генеральный директор, Московский центр исследований и разработок EMC по облачным технологиям и большим данным
    Карелов Сергей — председатель Совета ЛИНЭКС
    Калинин Алексей — директор, Институт исследований развивающихся рынков Московской школы управления (SIEMS) Сколково
    Калинин Александр — президент, НКК
    Каналош Эдуард — руководитель, Инвестиционная Служба Фонда Сколково
    Касперская Наталья — генеральный директор, InfoWatch
    Комлев Николай — исполнительный директор, АП КИТ
    Корнильев Кирилл — генеральный Директор, IBM Восточная Европа/Азия
    Костров Алексей — исполнительный директор, Фонд содействия развитию венчурных инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере г. Москвы
    Магдануров Гайдар — директор по инвестициям, Runa Capital
    Макаров Валентин — президент, НП «РУССОФТ»
    Мацоцкий Сергей — председатель Правления, IBS
    Микоян Александр — генеральный директор, HP Россия
    Негодяев Сергей — директор по управлению портфелем, Фонд развития Интернет-инициатив
    Нуралиев Борис — директор, 1С
    Разуваев Владимир — председатель совета директоров, Softline
    Райт Лоренс — директор, Стартап-академия Сколково
    Романенко Андрей — управляющий партнер, Run Capital
    Савина Настасья — вице-президент по корпоративным коммуникациям, ABBYY
    Свешникова Анна — руководитель направления маркетинговой аналитики, КРОК
    Славин Борис — директор по исследованиям и инновациям, ГК АйТи
    Соколов Александр — председатель совета директоров, ЗАО «Лаборатория СКАТ»
    Соловьев Алексей — управляющий директор, Prostor Capital
    Тихонов Андрей — директор по корпоративным продажам, Samsung Electronics
    Тихомиров Леонид — генеральный директор, Парма-Телеком (ITPS Group)
    Тимко Евгений — инвестиционный директор, InVenture Partners
    Тоскин Алексей — генеральный директор, T-Systems
    Туркот Александр — основатель, Maxfield Capital
    Тупицын Александр — технический директор, «Такском»
    Тукнов Алексей — инвестиционный директор, Maxfield Capital

  • Ответить


    Ухлинов Леонид — генеральный диркетор, компания-координатор ТП «Национальная программная платформа», вице-президент по качеству, Группа компаний «СТИНС КОМАН"
    Хереш Игорь — директор по развитию и продажам, T-One Group
    Чачава Александр — управляющий партнер, Leta Сapital
    Шадрин Артем — директор, Департамент инновационного развития, Министерство экономического развития Российской Федерации
    Яппаров Тагир — председатель совета директоров, ГК АйТи

  • Ответить

    Тяжело, но разобрался.
    Наиболее важные факторы, влияющие на инновационную активность в России, признаны несущественными. Фактор, имеющий минимальное влияние, признан существенным.
    Это не очень обнадеживает.

  • Ответить

    Как театр начинается с вешалки, так и высокотехнологичный бизнес начинается с государства. А точнее, с желания создать условия для его качественного скачка и воли реализовать задуманное.
    Наличие и создание «мозгов» — очевидно, если и проблема, то далеко не первой важности. Ибо поток утекающих из РФ «мозгов» в государства, где условия для IT-бизнесов созданы, все видят и ощущают прекрасно.
    И даже наличие в правом верхнем углу 4х фиолетовых факторов + номера 17 (факторов, связанных с иностранным участием) — камень в огород опять же государства.
    Ибо надежда, желание и ожидание «иностранеров» с деньгами и технологиями — это мнение «ну если уж у самих не получается, пусть хоть Рюрик, Синеус и Трувор умелые придут и покажут как надо. К ним-то, с их регалиями, мировым опытом и проч. заслугами государство, скорее всего, прислушается, раз уж нас игнорит».