Адвокат Костыгина (Юлмарт) прокомментировал арест: «Мне А1 в этой ситуации напоминает Поклонскую»

Развитие событий: АКИТ заступилась за арестованного совладельца «Юлмарта» (24 октября 2017)

Смольнинский районный суд Петербурга 11 октября отправил совладельца «Юлмарта» Дмитрия Костыгина под домашний арест на два месяца. Следственный комитет предъявил Костыгину обвинение в мошенничестве с кредитом «Сбербанка» на 1 млрд рублей. Накануне, 10 октября, у совладельца «Юлмарта», экс-директора и кредитора (не «Сбербанка», у другого) прошли обыски, задержан и затем помещён под домашний арест оказался только Дмитрий Костыгин (статья УК, по которой идёт следствие, не предполагает ареста, но «против» бизнесмена сыграло его зарубежное гражданство и наличие постоянного дохода).

PR-агентство, работающее с Костыгиным, распространило вечером 11 октября реплику адвоката Константина Добрынина, который защищает права предпринимателя в суде. В частности из реплики Константина Добрынина выяснилось, что конфликт совладельцев интернет-магазина, Костыгина и Васинкевича, возможно начался начался не в сентябре 2016 года, а весной 2016. В тот момент СМИ о конфликте не подозревали и писали, что основатель «Юлмарта» Алексей Никитин продаёт свою долю в бизнесе Михаилу Васинкевичу, а затем до ~35% компании (включая ~20% бумаг купленных у Никитина) перепродаются инвестиционным фондам — чего не случилось до сих пор.

адвокат Константин Добрынин

Константин Добрынин, адвокат определённого под домашний арест совладельца «Юлмарта» Дмитрия Костыгина:

Очевидно, что до выяснения всех обстоятельств должна быть применена максимум подписка о невыезде. Нет никаких оснований для того, чтобы инкриминировать нашему доверителю это преступление, само обвинение выглядит абсурдно и противоречит формальной логике, а также действительным обстоятельствам — Дзержинский суд уже подтвердил, что не было никаких нарушений при выдаче кредита в 1 млрд, и что временный вынужденный невозврат кредита не причиняет банку убыток. Помещение под домашний арест мешает Дмитрию Костыгину урегулировать гражданско-правовые разногласия со Сбербанком, переговоры по которым продолжались вплоть до вчерашнего задержания. Что касается самого уголовного дела, мы по-прежнему расцениваем его как элемент корпоративного конфликта Дмитрия с группой А1 и миноритарием во всех смыслах Михаилом Васинкевичем, где Сбербанк вольно или невольно выступает на стороне последних, не стесняясь использовать уголовно-правовую дубину.

Нам понятно желание коллег из А1 и дальше оставаться в корпоративной тени и делать вид, что полуторагодовалой корпоративной войны не существует [Roem.ru: получается, что конфликт начался в апреле 2016, через месяц после «мирного» объявления о том, что Алексей Никитин продаёт 20% «Юлмарта» Михаилу Васинкевичу, см. ниже], однако это как минимум нечестно и не отвечает интересам нашего доверителя. Мы уверены, что СМИ имеет смысл задать вопросы руководству инвестиционной компании А1 — пока нынешнему, об этой странной, невидимой войне, в которой, как мы видим, пленных не берут и все средства хороши. Даже лежащие далеко за гранью права и человеческой порядочности.

Мне А1 в этой ситуации напоминает Поклонскую, которая всегда ни при чём, однако всем понятно, кто за этим стоит.

Юристы A1, подразделения «Альфа-Групп», известного своими победами в корпоративных войнах, с доверенностью от Васинкевича пришли на совет директоров «Юлмарта» в октябре 2016 года. Одновременно произошло несколько попыток обанкротить юрлицо интернет-магазина. Независимые специалисты по праву объясняли год назад СМИ, что из-за особенностей законодательства возможно, что контроль над «Юлмартом» перехватит тот, кто первым докажет суду статус кредитора юрлица интернет-магазина. В августе 2017 года Санкт-Петербургский городской суд заблокировал процедуру банкротства интернет-магазина по иску Олега Морозова (10 октября квартиру предпринимателя обыскивали одновременно с квартирой Дмитрия Костыгина). Суд занял сторону «Сбербанка», который утверждал, что банкротство необходимо приостановить до того, как «Юлмарт» расплатится с банком.

Предположительно конфликт начался с желания Михаила Васинкевича продать свою долю в «Юлмарте» дороже, чем за неё был готов заплатить Костыгин. Публичной история стала в сентябре 2016, когда выяснилось, что Алексей Никитин и Михаил Васинкевич попробовали получить побольше денег от Дмитрия Костыгина и Августа Мейера через Международный арбитраж Лондона. Cудя по сообщениям СМИ, за полгода до иска, весной 2016 года заплатить Никитину был должен Васинкевич, а не Костыгин или Мейер. В марте 2016 стало известно, что Алексей Никитин продаёт 20% акций материнской компании «Юлмарта» Михаилу Васинкевичу, председатель совдира «Юлмарта» Дмитрий Костыгин подтвердил тогда эту сделку. Пакет оценивался в 8−9 млрд рублей. До 35% акций интернет-магазина, включая бумаги Никитина и Васинкевича, в дальнейшем могли бы быть проданы в ходе частного размещения, собеседники «Коммерсанта» утверждали, что пакет уже предлагали фондам Baring Vostok и Da Vinci Capital.

К ноябрю 2016 акционеры оставили «Юлмарт» без управления и повели к банкротству (для перехвата управления, а не уничтожения бизнеса, как объясняли независимые юристы).

В марте 2017 «Коммерсантъ» со ссылкой на Костыгина и источники, представившиеся знакомыми с ситуацией, сообщил, что Васинкевич и Костыгин предварительно достигли согласия и подписали рамочное соглашение, где установлен график выплат Васинкевичу. Долю Васинкевича, 38,5%, собеседники «Коммерсанта» оценили тогда в 6−8 миллиардов рублей. Таким образом, на фоне корпоративного конфликта, Васинкевич смог бы продать почти в два раза большую долю за куда меньшую, чем прошлогодняя цену. Если допустить, что Никитин продал 20% акций «Юлмарта» Васинкевичу за 9 млрд рублей, а Костыгин готов выкупить пакет 38,5% у Васинкевича за 6−8 млрд — убытки последнего предпринимателя изменялись бы несколькими миллиардами. Планы невыгодной для Васинкевича сделки, вероятно, поменялись. В апреле 2017 совладелец «Юлмарта» Дмитрий Костыгин сообщил, что долю Васинкевича мог бы купить «какой-нибудь из семейных фондов», кто конкретно — Костыгин не уточнял, однако говорил, что детали сделки прорабатываются с инвестиционной компанией Da Vinci Capital.

Добавить 1 комментарий

  • Ответить

    Раньше бы его на нары посадили, к матерым жуликам, в два счета, те бы его еще и прессовать начали в интересах следствия рузумеется, сам бы во всем признался, а может и еще в чем то дополнительно, а теперь вот пожалуйста, браслет на ногу и живи себе дома спокойно.
    Все-таки законодательство у нас к бизнесу сильно мягче стало, в разы я бы сказал.